За нашу та вашу свободу! Слава Україні! (k0t1) wrote,
За нашу та вашу свободу! Слава Україні!
k0t1

Был ли убит герой Польши Сикорский Советским Союзом?


Ми завжди повинні повинні пам'ятати історію. Бо зараз у керма РФ стоять тіж самі чекісти - брехливі, підступні та пов'язані корупцією з західним світом.

Кровавый след Катыни тянется и в наши дни

В Советском Союзе старались "замолчать", а в сегодняшней России не любят вспоминать о Катыни — трагедии, которая произошла в 1940 году.

Анализируя публикации разных лет, московский публицист Валентин Оскоцкий отмечает, что маховик дезинформации и лжи, неотлучно сопутствовавших как самому злодеянию, так и его последующему сокрытию от общественности в СССР и Польши, раскручивался не на годы, а на десятилетия вперед. Слово "Катынь" стало нарицательным. Только в последнее время со стороны России предпринимаются попытки как-то сгладить сложные отношения между двумя странами, признать правду о расстреле десятков тысяч поляков сотрудниками НКВД и возложить всю ответственность на Сталина, Берия и других советских руководителей того времени.

При этом события в Катыни связываются с гибелью в авиакатастрофе премьер-министра польского эмигрантского правительства генерала Владислава Сикорского, чье 130-летие со дня рождения, несомненно, будет отмечаться в Польше в 2011 году.

Приведем некоторые факты из его биографии.

НЕ ВСЕГДА ПОНЯТЫЙ ГЕРОЙ

Владислав Сикорский стал профессиональным военным в 1918 г. Во время советско-польской войны 1920 г. командовал одной из польских армий, осуществившей контрудар в районе Варшавы против Красной Армии. Надо полагать, что это запомнилось руководителям обеих стран.

Советско-российский историк Дмитрий Волкогонов, автор книги "Сталин", писал:

"Сталин прямо был причастен к поражению Красной Армии, отказавшись подписать приказ о выделении дополнительных сил. Сталин не забыл и о том, как позже заметал следы".

В последующие годы (1921-1922) Сикорский был начальником Генерального штаба польской армии, затем два года — премьер-министром, и в 1924-1925 г.г. министром военных дел. С 1928 г. после разногласий с главой польского государства Пилсудским Сикорский проживал во Франции и с одобрения французского правительства 1 апреля 1939 г. опубликовал статью, предупреждавшую, что Гитлер собирается развязать войну. Тогда немногие обратили внимание на его весьма точное предупреждение.

1 сентября, после нападения Гитлера на Польшу, Сикорский добровольно вступил в армию, но не успел получить назначение: в течение месяца Польша пала, а затем была разделена между Германией и СССР. Бежав во Францию, Сикорский — опять-таки с одобрения французского правительства — стал командующим польскими вооруженными силами и вскоре сформировал правительство в качестве премьер-министра эмигрантского правительства, которое было де-юре признано союзниками. Летом 1940 г. в преддверии французской капитуляции польское правительство по приглашению британских властей переехало в Лондон.

ПОЛИТИКА БОЛЬШОЙ ЛЖИ
После нападения Германии на СССР в июне 1941 г. находившееся в Лондоне эмигрантское правительство во главе с генералом Сикорским выразило поддержку Советскому Союзу, и с точки зрения реальной, практической пользы предложило освободить всех пленных и огромные массы польского гражданского населения, вывезенного в СССР в 1939 г., а затем сформировать на территории СССР польскую армию для совместной борьбы против фашистской Германии.

30 июня между СССР и Польшей были восстановлены дипломатические отношения. 14 августа 1941 г. был подписан польско-советский военный договор. Было решено начать формирование на территории СССР польской армии из числа освобожденных из тюрем и лагерей военнопленных, вывезенных из Польши во время вторжения в Польшу в сентябре 1939 г.

Однако вскоре польское командование в СССР установило, что не хватает многих офицеров, о которых точно было известно, что они попали в советский плен в 1939 г.

Назначенный польским послом в Москву Станислав Кот 20 сентября обратился к заместителю министра иностранных дел Вышинскому с вопросом относительно пропавших без вести пленных. Советскому правительству были поданы ноты, в которых поднимались вопросы, где находятся более 15 тысяч офицеров и рядовых польской армии.

Однако в ходе неоднократных встреч и запросов у Вышинского, последний выражал только удивление, не давая конкретного ответа. На запросы Сикорского польскому послу Коту следовали ответы, что советскому руководству не удалось напасть на след этих людей.

1 ноября посол Кот вручил ноту секретного содержания и просил до предстоящего приезда генерала Сикорского решить вопрос о нахождении пленных.

По прибытии в Москву генерал Сикорский 3 декабря 1941 г., вместе с назначенным в то время командующим формировавшимися в СССР польскими подразделениями генералом Андерсом и послом Котом были приняты Сталиным и Молотовым.

На замечания Сикорского, что объявленная советскими властями амнистия польских военных и гражданских лиц, находившихся в советских лагерях, не осуществлена и нет никакой причины кого-либо задерживать. Сталин ограничивался самыми неправдоподобными ответами. То они все "давно освобождены", то "убежали" в Маньчжурию, то "находятся не Земле Франца-Иосифа" или "на оккупированной немцами территории".

Разыгрывались также телефонные диалоги между Сталиным и незримо присутствующим шефом НКВД Берия.

"Товарищ Берия, почему вы до сих пор не представили сведения о пропавших польских офицерах?"

"Товарищ Сталин, мы ведем неустанные поиски. Как я уже докладывал, часть военнопленных умерли во время транспортировки, часть скончались от эпидемий в лагерях…"

Подобное притворство советских руководителей лишь убеждало польскую сторону в том, что недостающие пленные живы.

Подобные сцены в Кремле сменились коротким перерывом в дипломатических демаршах. В январе 1942 г. польское правительство в Лондоне еще раз предприняло дипломатический шаг по поводу недостающих пленных. Это была уже 49-я нота. С советской стороны на нее не последовало ответа. В последовавшем советском меморандуме от 10 июля 1942 г. только повторялись причины исчезновения пленных: уехали в Польшу, бежали за границу, умерли в дороге.

Польско-советские отношения начали портиться. В польской ноте, врученной в Москве 27 августа 1942 г., отмечалось отрицательное отношение советского правительства к дальнейшему формированию польской армии, указывалось, что не предпринимаются меры по поиску свыше 8 тысяч польских офицеров, находившихся весной 1940 г. в лагерях для военнопленных в Козельске, Осташкове и Старобельске. Длительное молчание лишь усиливало тревогу за судьбу пропавших без вести. И только утром 13 апреля немецкое радио передало сенсационное сообщение, что местное население указало немецким властям место тайны массовых казней, произведенных большевиками, где ГПУ расстреляло 10 тысяч польских офицеров. Первой реакцией на это сообщение было недоверие германской пропаганде. Но в следующих передачах берлинское радио сообщило новые подробности.

В Лондоне это вызвало замешательство. Британские правительственные круги знали, что приведенное немцами число убитых примерно соответствует числу пропавших без вести, которых польское правительство безуспешно разыскивает в Советском Союзе. Знало британское правительство о ходе переговоров, текстах польских нот и советских ответов на них.

Весь день 14 апреля хранила неловкое молчание советская сторона. Только через 48 часов ТАСС передало сообщение как о чем-то известном.

"Геббельсовские клеветники в течение последних двух-трех дней распространяют гнусные клеветнические измышления о якобы имевшем место весной 1940 г. в районе Смоленска массовом расстреле советскими органами польских офицеров. Польские военнопленные, сгруппированные с 1940 г. в лагерях под Смоленском и работавшие там, попали в июле 1941 г. в немецкие руки и были там в августе-сентябре того же года расстреляны немецко-фашистскими захватчиками" (см. Юзеф Мацкевич. "Катынь". 1988).

Англичане хранили молчание. Но польская общественность была иного мнения, чем британские официальные лица. Ведь речь шла не просто о том или ином политическом шаге, а об отношении к трагедии, постигшей польский народ, когда тысячи его лучших сынов были коварно убиты. В этих условиях, зная о целях немецкой пропаганды придать своему сообщению широкую огласку, польское правительство поручает польскому послу в Швейцарии обратиться в Международный Красный Крест (МКК) в Женеве с просьбой направить делегацию для установления истинного положения дел и публикует коммюнике польского министра обороны генерала Кукеля. Однако до выпуска этого коммюнике польское правительство решило предпринять еще одну попытку обратиться непосредственно к советскому правительству за разъяснением.

В связи с этим была вручена нота советскому послу в Лондоне. Ответа на эту ноту не последовало. Тогда польское правительство направило соответствующее письмо представителю МКК Рюгелю. Но, как оказалось, накануне германский Красный Крест уже направил в МКК письмо, в котором настаивал на расследовании дела. Этот шаг немецкой стороны по политическим соображениям был для них желателен, чтобы придать делу широкую огласку и использовать в пропаганде обвинения советского правительства. Поскольку Польша и Германия были воюющими сторонами, МКК должен был провести заседание для выбора нейтральной делегации. Однако это заседание так никогда и не состоялось.

Позиция МКК круто изменилась под давлением советского правительства, которое продолжало заявлять, что не оно, а Германия несет вину за совершенное преступление. А так как Советский Союз тоже выступал заинтересованной стороной, то без его согласия нельзя было проводить расследование. Тем временем советское правительство не только не согласилось на то, чтобы МКК проводило расследование в Катыни, а еще и пошло в контратаку. 21 апреля 1943 г. в "Правде" появилась статья под заголовком "Польские попутчики Гитлера". В ней польское правительство обвинялось в коллаборационизме. Одновременно ТАСС напало на правительство генерала Сикорского, утверждая, что его обращение в МКК доказывает тезис об огромном влиянии прогитлеровских элементов на польские правительственные круги.

ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ОСТРАКИЗМ

Сикорский был подвергнут дипломатическому давлению со стороны западных союзников. От него требовали, чтобы он выступил с заявлением, что польские офицеры, расстрелянные в Катыни, не могли быть убиты большевиками, и что все это дело — вымысел клеветнической немецкой пропаганды.

Будучи действительным сторонником сближения с СССР, Сикорский на сей раз ответил отказом. Честный солдат и патриот Польши не мог дать иной ответ при наличии прямых улик и веских косвенных доказательств — к тому же он был сам убежден, что преступление в Катыни совершено органами НКВД.

Спустя 24 часа после отказа Сикорского принять "добрые советы" и последовавшего дипломатического нажима в ночь с 25 на 26 апреля польский посол в Москве Ромер был вызван Молотовым в НКИД, где ему вручили ноту, в которой содержались ранее уже высказанные в "Правде" и коммюнике ТАСС оскорбления в адрес польского правительства и обвинения в "сотрудничестве с Гитлером". В ноте объявлялось о разрыве дипломатических отношений между Советским Союзом и Польшей и что причиной разрыва послужило обращение польского правительства в МКК в Женеве с просьбой расследовать катынское преступление.

Выслушав заявление Молотова, посол Ромер заявил, что отказывается принять ноту, в которой содержится ложь и обвинения.

Предотвратить польско-советский конфликт не удалось. К тому времени советское правительство почувствовало свою силу: немцы потерпели поражение под Сталинградом.

Сообщение о разрыве дипломатических отношений с польским правительством больше встревожило западных союзников, которые всячески старались избежать раскола в антифашистской коалиции.

Искусный во лжи Сталин 21 апреля 1943 г. посылает личное секретное послание У.Черчиллю и Ф.Рузвельту, в котором, извращая подлинные факты, пишет о клеветнической кампании, начатой немецкими фашистами по поводу ими же убитых польских офицеров в районе Смоленска на оккупированной германскими войсками территории. Мол, эта клевета была сразу же подхвачена правительством генерала Сикорского и всячески разжигается польскими офицерами в печати.

Далее в послании оправдывается разрыв отношений с польским правительством Сикорского и выражается надежда, что Черчилль и Рузвельт поймут необходимость "этого вынужденного шага советского правительства".

Внешне Черчилль и Рузвельт выказывали поддержку Сикорскому, но на деле исходили из своих интересов. Черчилль признался, что не желает занять определенную позицию в конфликте между Польшей и СССР, опасаясь, что это может привести к развалу всего союзнического альянса. Рузвельт тоже не оказывал той поддержки Сикорскому, на которую польский генерал рассчитывал.

Черчилль, всячески пытаясь исправить ситуацию и успокоить поляков, узнавших о катынских событиях, просил Сикорского навестить все польские подразделения. В мае 1943 г. предоставил ему американский самолет "Либерейтер" для поездки на Ближний Восток. Предстоял маршрут Лондон — Гибралтар — Каир.

Рузвельт также не желал раздувать катынские события. Когда Джордж Г. Эрл, бывший посол в Австрии и в Болгарии, хотел ознакомить его с не оставляющими сомнения фактами, что Советский Союз несет ответственность за убийство 15 тысяч польских офицеров в Катыни, президент не скрывал своего негодования. Он запрещал всякие сравнения советских военных преступлений с нацистскими и заявлял, что "это все выдумки немецкой пропаганды".

Кстати, он осудил членов польского эмигрантского правительства и особенно генерала Сикорского за то, что они "предали очень большой огласке еврейскую трагедию в Европе".

ЗАМЕТАНИЕ СЛЕДОВ

Тем временем Сталин стал проводить свою "польскую" политику.

В октябре 1943 г. после освобождения Смоленской области от немецких оккупантов начала действовать специальная комиссия из представителей НКВД и НКГБ, созданная распоряжением Чрезвычайной государственной комиссии. Основной целью этой комиссии был поиск необследованного немцами захоронения, подготовка подложных документов и особенно лжесвидетелей. 12 января 1944 г. ЧГК создала специальную комиссию во главе с главным хирургом Красной Армии Н.Бурденко для установления и расследования обстоятельств расстрела немецкими оккупантами в Катынском лесу пленных польских офицеров.

26 января эта комиссия опубликовала итоговое сообщение о том, что польские граждане были расстреляны немецкими оккупационными войсками. Об этом были извещены правительства Великобритании и США.

В том же году польская армия генерала Андерса был выведена на территорию Ирана, и по приказу Сталина началось формирование польских воинских частей под командованием генерала Берлинга, и, разумеется, под общим советским командованием.

СМЕРТЬ НА ВЗЛЕТЕ

Тем временем генерал Сикорский в начале лета 1943 г. летит на Ближний Восток для инспектирования размещенных там польских воинских частей. 2 июля в здании польского посольства в Каире он проводит пресс-конференцию для корреспондентов многочисленных газет. Завтра генерал Сикорский должен вернуться в Лондон с остановкой в Гибралтаре. Полет состоится на том же самолете с тем же пилотом. К полету присоединились также новые пассажиры. До Гибралтара долетели благополучно.

Вечером 4 июля в 23.07 гибралтарский диспетчер дал разрешение на взлет. Вначале самолет, как обычно, набирал высоту, но затем вдруг начал медленно пикировать, и уже в самом конце, перед тем как он упал в море, его моторы заглохли. Премьер и сопровождающие его лица погибли. В живых остался лишь один пилот.

В спешке проведенное расследование не установило точную причину авиакатастрофы, что заставило британское правительство засекретить все материалы по крушению "Либерейтора". Известно, что после катастрофы подводники тщательно обследовали затонувший самолет. Они нашли личный портфель Сикорского и передали его губернатору. С тех пор этот портфель больше никто не видел. Проведенные затем два официальных расследования — британское и польское — так и не могли определить вероятную причину трагедии.

В связи с гибелью генерала Сикорского объявили официальный траур. В Вашингтоне президент Рузвельт сказал:

"Смерть польского политика — тяжелая утрата для всего свободолюбивого человечества".

Черчилль в палате представителей произнес панегирик в память о Сикорском, превознося его "огромные заслуги как государственного деятеля и как солдата".

Трудно поверить в искренность этих заявлений. Союзники сразу предупредили нового премьера Миколайчика, что всякие личные инициативы, вроде обращения в Красный Крест, недопустимы.

Британский министр иностранных дел А.Иден потребовал от польского правительства признать территориальные требования Советов и возобновить дипломатические отношения с СССР.

Генерал погиб в 1943 г., как раз тогда, когда он отказался занять более мягкую позицию во всем этом деле…

Советское правительство создало польское правительство в Москве. Именно это правительство, а не кабинет Миколайчика, пришло к власти в Польше после окончания войны с Германией.

И ВЫЯСНИТЬ НЕ ОЧЕНЬ СТРЕМЯТСЯ…

Отсутствие окончательных выводов о причинах гибели Сикорского послужило основанием для различных предположений.

Проведенное англичанами в 1969 г. новое расследование, результаты которого были обнародованы лишь через три десятилетия, вызвали сомнения относительно первоначальных выводов и усилили предположения, что, возможно, причиной катастрофы самолета Сикорского была диверсия.

В свое время профессор истории Оксфордского университета Норман Девис говорил:

"В течение 20 лет я считал, что катастрофа у Гибралтара, по всей вероятности, была несчастным случаем. Но на основе того, что я узнал в последнее время, теперь я считаю это не "весьма вероятным"… вероятность технической неполадки снижается, вероятность диверсии и убийства растет".

Российский историк В.Парсаданова, занимающаяся проблемами советско-польских отношений неоднократно указывала, что причины катастрофы самолета Сикорского не были выяснены и выяснить их не очень стремились.

В недавно рассекреченном письме сэра Робина Купера, бывшего пилота британского кабинета министров, сэру Берку Тренду, секретарю кабмина, говорится о том, что "меры безопасности в Гибралтаре носили случайный характер. Имелось много возможностей для саботажа, пока самолет находился там". Купер не исключает возможность убийства Сикорского неизвестными лицами.

Не исключается версия и о советском следе. У Сталина было достаточно оснований убрать генерала, поборника послевоенной независимой Польши. Подобный способ устранения политических противников был мил его сердцу ("есть человек — есть проблема…").

Сикорский настаивал на том, чтобы границы послевоенной Польши были определены Рижским договором 1921 г. Это означало, что включение Западной Украины и Западной Белоруссии в состав Советского Союза является незаконным. Советское правительство же настаивало на признание границы СССР 1941 г., к моменту начала германо-советской войны. Предложение Сикорского о послевоенных границах с Польшей Сталин рассматривал как попытку возрождения "санитарного кордона" против СССР. Наконец, Сталин понимал, что Сикорский не простит Катыни. Всего этого было достаточно для устранения Сикорского.

Было ли случайным совпадением, что рядом с самолетом Сикорского на аэродроме Гибралтара в тот злополучный день стоял такой же "Либерейтор" советского посла в Великобритании И.Майского, который направлялся в Москву с заходом в Каир? Они знали друг друга, встречались в Лондоне. Там же вместе подписывали Пакт о формировании в СССР польских воинских подразделений. Однако после разрыва отношений между правительством Польши и СССР вряд ли между Майским и Сикорским было какое-либо общение.

Сторонники советского следа в деле гибели Сикорского указывают и такой факт. В те дни в Гибралтаре видели одного из руководителей английской разведки Кима Филби, который, как известно, уже с 1940 г. работал на СССР, будучи являлся двойным агентом. Тогда этому факту не придали особого значения. И только после его побега в СССР на это взглянули в другом свете. Тогда и вопрос о заговоре приобрел более реальные очертания. Только вот чей приказ он выполнял — Сталина или Черчилля?

Вот как интерпретировал Сталин гибель Сикорского в мае 1944 г. в разговоре с М.Джиласом. Он обвинил в смерти Сикорского британскую Интеллидженс сервис: "Это они убили генерала Сикорского в самолете, а потом ловко сбили самолет — никаких свидетелей, никаких следов".

В связи с этим важно привести высказывание министра иностранных дел РФ С.Лаврова 29 апреля 2010 в Страсбурге на заседании Парламентской ассамблеи Совета Европы. Отвечая на ряд вопросов, Лавров обратил внимание на то, что британское правительство приняло решение о продлении еще на 50 лет грифа секретности на архивы, касающихся трагической гибели генерала Сикорского. При этом он подчеркнул: "Это уж вызывает определенные вопросы".

Возможно, права упомянутая выше историк Парсаданова: "и выяснить не очень стремятся".

В 1993 г. в связи с 50-летней годовщиной гибели генерала Владислава Сикорского министр иностранных дел Польши Кшиштоф Кубышевский от имени своего правительства подал запрос правительству Великобритании о возможности эксгумации тела генерала и перезахоронении его в Польше. Просьба была удовлетворена.

Эксгумация в Ньюарке прошла в соответствии с официальными договоренностями, а также с тайными соглашениями. По необъясненным причинам британская сторона запретила присутствие представителей польской судебной медицины. Осмотр тела был выполнен британским судебным медиком.

17 сентября 1993 г. прах В.Сикорского был перевезен в Польшу и торжественно захоронен в Кракове в крипте древнего собора.

Постановлением катовицкого прокурора из Особой комиссии по расследованию преступлений против польского народа 3 сентября 2008 года начато следствие по делу о преступлении сталинского режима, заключавшегося в организации авиакатастрофы 4 июля 1943 г. в Гибралтаре с целью лишения жизни премьера и главнокомандующего вооруженными силами РП генерала Владислава Сикорского, результатом которой стала катастрофа самолета "Либерейтор" Аl 523, принадлежавшего 511 дивизиону британских королевских ВВС, в результате чего погибли генерал Сикорский и сопровождающие его граждане.

Вспомнить авиакатастрофу 4 июля 1943 г. в небе над Гибралтаром уже в XXI веке заставила гибель президента Польши Леха Качиньского 13 апреля 2010 г. под Смоленском. Находившаяся в самолете политическая и военная элита Польши летела на траурную церемонию, посвященную 70-летию событий в Катыни. Катынь должна была стать символом преступления тоталитарного режима, но и символом примирения.

Какие последствия будет иметь новая трагедия — время покажет. Но, как бы ни развивались польско-российские отношения, катынские злодеяния сталинского руководства, смерть генерала Сикорского не изгладится из памяти польского народа.
Семен КИПЕРМАН

Originally posted by grimnir74 at Был ли убит герой Польши Сикорский Советским Союзом?

isrageo.com

Tags: історія та сучасність
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments